Цельнометаллическая оболочка: 194 интересных факта
Режиссёр Стэнли Кубрик обратился за помощью к Майклу Герру, чтобы снять фильм о войне во Вьетнаме, — Герр уже написал закадровый текст для «Апокалипсиса сегодня» (1979). Со временем Кубрик и Герр стали близкими друзьями: Кубрик поделился с ним замыслом экранизировать роман Густава Хэсфорда «The Short Timers». Герр помог написать большую часть сценария, особенно вьетнамскую часть. Его вклад в сценарий во многом опирался на его собственную документальную книгу «Dispatches», где подробно описаны его впечатления репортёра, освещавшего войну. Как и Джокер с Рафтерманом, Герр по сути был внештатником и мог свободно перемещаться по всей стране, а сцена, где Джокер и Рафтерман смотрят на обезумевшего стрелка в вертолёте, расстреливающего мирных жителей, взята прямо из его книги.
В интервью для DVD Ли Эрмей сказал, что считает игру Винсента Д’Онофрио не только лучшей в фильме, но и лучшим, что в этом фильме есть вообще.
Сцену, где морпехи наступают на занятое снайпером здание после ранения Эйтбола, снимали больше четырёх недель. Дориан Хэрвуд описал этот опыт так: «месяц пролежать на земле».
При знакомстве Энимал Мазер спрашивает Джокера, доводилось ли ему бывать в бою. Джокер не просто бывал в бою — он защищал свою базу от атаки северовьетнамской армии из пулемёта M60, такого же, какой носит с собой Энимал Мазер.
Фильм вошёл в список 100 самых захватывающих американских фильмов, составленный Американским институтом киноискусства в 2001 году.
Мэттью Модайн очень нервничал перед съёмками любовной сцены с вьетнамской проституткой, поэтому принимались серьёзные меры предосторожности из-за нового и пугающего вируса СПИДа, о котором тогда мало что знали. Позже эту сцену из фильма вырезали.
Музыка в сцене, где Джокер стреляет в снайпера, — та же самая, что звучит во время срыва и самоубийства рядового Пайла в первой половине фильма. В обеих сценах музыка обрывается звуком выстрела.
Мэттью Модайн вёл на съёмках дневник, который в 2005 году превратился в книгу, а в 2013-м — в интерактивное приложение.
Фильм называют источником вдохновения для видеоигры о войне во Вьетнаме «NAM-1975» (1990): для персонажей в ней использовали стоп-кадры из фильма.
О том, как его герой, старшина Хартман, жестоко муштрует новобранцев, Ли Эрмей однажды сказал в интервью, что не знал ни одного инструктора по строевой подготовке, который бы не распускал руки, — будь то подзатыльник или удар под дых, как у Хартмана с Джокером. Правда, Эрмей тут же уточнил, что ни один инструктор не стал бы просто так душить новобранца или выделять кого-то для особо сурового обращения. Тем не менее старшина из книги, по которой снят фильм («The Short Timers» Густава Хэсфорда), во второй половине периода подготовки часто пускает в ход физическую силу — в картине это заметно смягчили.
Нашивка рядового Джокера на Пэррис-Айленде выдаёт его настоящее имя — Дж. Т. Дэвис. Это намеренная отсылка к специалисту Джеймсу Т. Дэвису, первому официально признанному американскому военнослужащему, погибшему во Вьетнаме, — его убили в 1961 году.
Микки-Маус упоминается в финале обеих частей. В конце учебки старшина Хартман орёт: «Что за дерьмо в стиле Микки-Мауса?» В конце вьетнамской части морпехи, уходя из горящего Хюэ, поют песню из «Клуба Микки-Мауса». А ещё один бонус для внимательных: на заднем плане в кабинете лейтенанта Локхарта видны фигурки Микки и Минни Маус.
Четыре танка M41 предоставил для съёмок полковник бельгийской армии, большой поклонник режиссёра Стэнли Кубрика. Вертолёты S55 взяли в аренду и покрасили в зелёный, чтобы придать им нужный вид времён вьетнамской войны.
Фразу «...всосать мяч для гольфа через садовый шланг» за два месяца до этого использовали в «Полицейском из Беверли-Хиллз 2» (1987).
Винсент Д’Онофрио рассказывал: на долгих и нудных съёмках на старом газовом заводе в Бектоне под Лондоном несколько из примерно 300 голодных и измученных жаждой британских статистов принялись исподтишка ворчать снизу с густым британским акцентом в адрес режиссёра Стэнли Кубрика, пока тот наверху кропотливо возился со сменными объективами, готовя крановый кадр. Кубрик сначала опустил кран и послал ассистента вычислить недовольного в толпе, но, вернувшись наверх, услышал лишь новые жалобы. Тогда Кубрик сам спустил люльку, подошёл к собравшимся и спросил: «Кто это сказал?» Несколько секунд все молчали, а потом один статист в задних рядах встал и крикнул Кубрику: «Я — Спартак!» Следом поднялся другой: «Нет, это я — Спартак!» За ним ещё один, ещё, и вот уже десятки кричали режиссёру «Спартака»: «Я — Спартак!» На этом съёмки на день закончили и пошли есть.
Стэнли Кубрик просил одолжить десять бронированных танков у компании Ropkey Graphics из Индианаполиса, но машины оказались слишком широкими, чтобы переправить их через океан в Великобританию, где снимался фильм.
Из фильма вырезали сцену, где группа морпехов играет в футбол. Причина — в одном из кадров было видно, что они гоняют не мяч, а человеческую голову.
Для съёмок в Великобританию доставили тропические деревья — это обошлось в 120 000 фунтов.
По словам Винсента Д’Онофрио из интервью, съёмочный график был настолько растянут, что исполнитель главной роли Мэттью Модайн успел жениться, зачать с женой ребёнка, дождаться его рождения — и ребёнку исполнился год, и всё это за время съёмок.
Цельнометаллическая оболочка (1987): рядовой Джокер улыбается в казармеИзображение: Wikimedia Commons · Lance Cpl. Pranav Ramakrishna, Public domain Адам Болдуин изначально должен был сниматься в основных сценах три месяца, а в итоге снимался девять. Позже он говорил, что был молод и полон энтузиазма и порой сталкивался с режиссёром Стэнли Кубриком из-за количества дублей и опасностей, на которые тот обрекал актёров. Сейчас он жалеет, что тогда не оценил в полной мере необыкновенный опыт причастности к методу Кубрика и свободу от жёстких сроков.
Стрельба Чарльза Уитмена (её старшина Хартман приводит новобранцам как пример того, «что может сделать один мотивированный морпех со своей винтовкой») произошла 1 августа 1966 года — предположительно за несколько месяцев до прибытия новобранцев на Пэррис-Айленд. Хотя на вопрос, кем был Чарльз Уитмен, руку поднимает только один человек (Ковбой), агентства Associated Press и United Press International назвали эти события второй по значимости новостью 1966 года, уступившей лишь войне во Вьетнаме.
Первая же фраза, с которой лейтенант Локхарт обращается к своей пресс-группе утром после Тетского наступления, — «враг очень коварно решил воспользоваться тетским перемирием» — дословно совпадает с формулировкой из речи генерала Уэстморленда перед прессой на следующий день после настоящего Тетского наступления.
Художник-постановщик Антон Фёрст изучил 6000 фотографий вьетнамской войны. Он хотел создать образ кошмарного ада: «Нам не нужно было голубое небо; если выглядывало солнце, Кубрик не снимал. Когда отряд входил в выжженный город Хюэ, у нас горело каждое здание. Пэррис-Айленд должен был подготовить их к службе во Вьетнаме, поэтому мы противопоставили невероятную чистоту учебки невероятной грязи настоящей войны; смысл в том, что они столкнулись с тем, к чему их никак не могли подготовить».
Городок газового завода Бектон (там снимали решающий бой в Хюэ) использовали и в фильме «Nineteen Eighty-Four» (1984). Кстати, некоторые из показанных зданий спроектировал французский архитектор, который тоже работал в Хюэ.
Работая над сценарием, Стэнли Кубрик созванивался с Густавом Хэсфордом по телефону три-четыре раза в неделю, часто по несколько часов подряд. Это заочное сотрудничество в итоге привело к спору о финальных титрах: Кубрик и Майкл Герр, как сообщается, возражали против того, чтобы Хэсфорд значился соавтором сценария.
Стэнли Кубрик снимал сцену в Норфолкских болотах, где вертолёт Westland «Уэссекс» (за штурвалом был каскадёр) должен был низко лететь вдоль канала (эта местность изображала рисовые поля), а кто-то стрелял из крупнокалиберного пулемёта из дверей. Сцену снимали на рассвете, и местная полиция должна была предупредить рыбаков, но что-то не сработало. Множество рыбаков разбудил американский вертолёт, который, судя по всему, обстреливал их «позиции». Сам «Уэссекс» позже пострадал на съёмках: у стоящего вертолёта рулевой винт врезался в препятствие.
Мэттью Модайн считает, что из-за Лу Госсетта-младшего Ли Эрмей не получил «Оскар» за эту картину. Модайн заявил: «Если бы Лу Госсетт-младший не получил „Оскар“ за „Офицера и джентльмена“, Ли получил бы его за эту роль. Но Академия работает так: „О, мы уже дали награду парню, который играл сержанта-инструктора. Давайте дадим кому-нибудь другому“».
Помимо титров «Фильм Стэнли Кубрика» и «Цельнометаллическая оболочка», в начале картины никаких титров нет.
Подбирая массовку, продюсеры предложили роли недавно переселившимся в Великобританию вьетнамским общинам (тогда их называли «людьми в лодках»).
Винсент Д’Онофрио, Мэттью Модайн и Арлисс Ховард позже снимались в фильмах Оливера Стоуна. Его фильм о войне во Вьетнаме «Взвод» (1986) получил «Оскар» за лучший фильм в год выхода этой картины и тем самым затмил её.
Часть сцен разрушенного города Хюэ снимали на судостроительном заводе на лондонском острове Айл-оф-Догс, который собирались сносить. Руины Хюэ в сценах со снайпером и в финальных ночных эпизодах снимали на газовом заводе Бектон в лондонском Ист-Энде, который тоже шёл под снос. В некоторых кадрах на заднем плане виден камень, очень похожий на монолит из «2001 года: Космической одиссеи» Стэнли Кубрика (1968). Кубрик говорил, что это вышло случайно и он заметил камень, только просматривая отснятый материал. За год до этого завод Бектон уже использовали для фильма «Бигглз: Приключения во времени» (1986).
Сначала сняли все вьетнамские эпизоды фильма, а сцены базовой подготовки на Пэррис-Айленде снимали вторыми. Первым отснятым кадром стала улица Дананга с местной проституткой. А кадр с марширующими новобранцами на выпускной церемонии сняли самым последним.
Джокер и Ковбой — единственные во взводе, кто носит очки, причём у каждого оправа от разных дизайнеров. В морской пехоте 1960-х, да и сегодня, новобранцам с плохим зрением выдают стандартные казённые очки из пластика-целлюлозы, в народе прозванные «очками для предохранения» (BCG). Очки BCG той эпохи — тяжёлые, массивные, в роговой оправе из коричневого ацетата целлюлозы (пластика) характерной утилитарной формы. Они славились тем, что были немодными, тяжёлыми и грубыми. По прибытии в учебный центр морской пехоты в Сан-Диего или на Пэррис-Айленд личные гражданские очки сразу конфискуют вместе с остальными вещами, убирают на хранение и возвращают только по окончании подготовки. Новобранцы обязаны носить выданные BCG постоянно.
Весь эпизод на Пэррис-Айленде длится 45 минут.
Монтажёр Мартин Хантер восхитился энергией Стэнли Кубрика после одного долгого сеанса монтажа. Проведя за работой много часов, уставший Хантер взглянул на Кубрика, который тоже вымотался, и предложил сделать перерыв. Кубрик согласился и сказал, что как раз пришла фестивальная копия «Доктора Стрэнджа» и можно «расслабиться», перемотав и просмотрев её.
Это был первый фильм Стэнли Кубрика по трёхкартинному контракту с Warner Brothers, который он так и не выполнил.
В интервью Salon в 2020 году Мэттью Модайн сказал: «Мне странно встречать людей, которые говорят, что посмотрели „Цельнометаллическую оболочку“ и пошли в армию. Да, армия может дать шанс изменить жизнь, но „Цельнометаллическая оболочка“ — не реклама службы… Мы пытались показать в „Цельнометаллической оболочке“, что происходит в учебке, когда кто-то не вписывается, и тогда мы все вместе должны лупить его, пока у него мозги не встанут на место. В „Цельнометаллической оболочке“ мы видим ужасный финал».
Винсент Д’Онофрио и Арлисс Ховард позже сыграли злодеев в серии фильмов о Парке Юрского периода. Ховард снялся в «Затерянном мире: Парке Юрского периода» (1997), а Д’Онофрио — в «Мире Юрского периода» (2015).
У романа-первоисточника «The Short-Timers» (1979) есть собственное продолжение — «The Phantom Blooper» (1990). В нём рассказывается о дальнейшей военной карьере Джеймса Т. «Джокера» Дэвиса, его плене у вьетконговцев и возвращении в США. Чувствуя себя чужим в семье и разочаровавшись в Соединённых Штатах, Джокер вскоре собирается вернуться во Вьетнам. Задуманный третий роман о Джокере так и не был дописан из-за смерти писателя.
По словам его водителя и помощника Эмилио, Стэнли Кубрик во время съёмок этого фильма подыскивал места для своего «Наполеона».
Во время съёмок фильма Ли Эрмей попал в аварию на джипе. Как-то в 1:00 ночи его машину занесло с дороги, и он сломал все рёбра с левой стороны. Он не позволил себе потерять сознание и мигал фарами, пока его не заметил проезжавший мимо водитель. В некоторых сценах видно, что левой рукой он вообще не двигает. В интервью Стэнли Кубрик рассказывал, что Эрмею понадобилось четыре с половиной месяца, чтобы вернуться к работе, и всё это время съёмки пришлось приостановить, поскольку он был задействован во всех оставшихся сценах.
Цельнометаллическая оболочка (1987): старший сержант Хартман говорит ночью перед военной машинойИзображение: Wikimedia Commons · U.S. Navy photo by Photographer’s Mate Airman Nelson A. Graca, Public domain Режиссёр Стэнли Кубрик не скупился на похвалы актёрскому мастерству Ли Эрмея. Изначально Кубрик собирался сам написать реплики для его персонажа, но был так впечатлён импровизациями Эрмея, что решил, что в этом нет нужды. Он просто позволил ему импровизировать — для фильма Кубрика это было практически неслыханно. Эрмей играл так безупречно, что Кубрику хватало двух-трёх дублей на сцену, что для картин Кубрика тоже было крайне редко. Единственный раз, когда Эрмею пришлось снимать больше двух-трёх дублей, — это «сцена с пончиком с желе», которую, по его словам, сняли за 37 дублей, так что голос у него временами пропадал.
К моменту выхода фильма в 1987 году сценарист Густав Хэсфорд был известен прежде всего своей литературной карьерой. В марте 1988 года он прославился скандально — своим хобби книжного вора. Полиция кампуса Калифорнийского политехнического университета обыскала арендованный Хэсфордом складской шкафчик и обнаружила почти 10 000 украденных библиотечных книг. Сообщалось, что он крал книги более чем из десятка библиотек по всей территории США, Великобритании и Австралии. В январе 1989 года его приговорили к шести месяцам тюрьмы.
Кастинг Джокера и Матери-Животного можно считать случаем, когда искусство подражает жизни: Мэттью Модайн — убеждённый либерал-демократ, во многом похожий на Джокера, который явно скорее «голубь» и, возможно, не придерживается никакой религии (сержанту Хартману он говорит, что не верит в Деву Марию). А ястребиные инстинкты Матери-Животного в чём-то перекликаются с консерватизмом Адама Болдуина.
Если присмотреться к воротнику формы Джокера на протяжении фильма, можно заметить, что начинает он рядовым, а к финалу становится сержантом.
Несколько реплик из фильма засемплированы в песне «Ambush» группы Swollen Members.
Фильм был номинирован на премию BAFTA за лучшие визуальные эффекты, но уступил картине «Иствикские ведьмы».
Распространённое заблуждение, будто почти все реплики Ли Эрмея в сценах на Пэррис-Айленде были импровизацией. В нескольких интервью сам Эрмей говорил, что тесно работал со Стэнли Кубриком над сценарием, чтобы тот звучал правдоподобнее, сохраняя при этом отдельные реплики, важные для замысла Кубрика. Во время съёмок открывающей сцены, где он отчитывает рядового Ковбоя, Эрмей орёт на него, грубо описывая его как «такого типа, который трахнет человека в зад и даже не сочтёт нужным по-божески погладить его по спине». Кубрик тут же скомандовал «стоп», подошёл к Эрмею и спросил: «Что, чёрт возьми, значит „погладить по спине“?» Эрмей вежливо объяснил. Кубрик рассмеялся и переснял сцену, велев Эрмею оставить эту реплику.
Имя ганни-сержанта Хартмана так и не раскрывается.
Стэнли Кубрик получил за этот фильм свою последнюю номинацию на «Оскар» — тринадцатую в карьере. Его номинировали за лучший адаптированный сценарий вместе с Майклом Герром и Густавом Хэсфордом.
Неиспользованная музыкальная тема, написанная Хансом Циммером.
О прослушиваниях на фильм Винсент Д’Онофрио узнал от Мэттью Модайна. Взяв напрокат видеокамеру и надев армейскую форму, он записал свои пробы на роль рядового Пайла. Тогда Д’Онофрио работал вышибалой в клубе и снимался лишь в нескольких проектах, так что от проб многого не ждал. Когда режиссёр Стэнли Кубрик и его ассистент позвонили ему насчёт роли, Д’Онофрио бросил трубку, решив, что его разыгрывают. Со второго звонка им удалось убедить его, что они настоящие и всерьёз им интересуются. Позже Д’Онофрио говорил, что своей карьерой обязан Кубрику, который взял его в фильм.
Винсент Д’Онофрио порвал связки колена на полосе препятствий из-за лишнего веса, который набрал.
Изначально на роль сержанта Хартмана утвердили Тима Колсери, но в итоге его заменил военный консультант Ли Эрмей, который сумел убедить режиссёра Стэнли Кубрика отдать роль ему самому; Колсери же согласился на роль стрелка из двери вертолёта во вьетнамской части фильма. Актёр Майкл Бин, который тогда находился в Англии на съёмках «Чужого 2» (1986) и жил в одном доме с Колсери, в 2019 году опубликовал на своей странице в Facebook историю о том, как Колсери работал с Кубриком, известным своим перфекционизмом и непредсказуемостью. По его воспоминаниям, Колсери, у которого тогда не было агента, в день приезда в Англию получил от Кубрика письменные указания выучить первые 28 страниц своих реплик наизусть ещё до того, как они вообще встретятся. Затем Колсери репетировал свою роль с ассистентом Кубрика Леоном Витали, отдельно от других актёров, в ожидании назначенных съёмочных дней. Много недель он репетировал по нескольким переработанным версиям сценария 6 дней в неделю по 12 часов в день, причём отступать от написанных реплик не разрешалось. Когда пришло время снимать его сцены, он явился на площадку полностью подготовленным, но раз за разом узнавал, что его сцены перенесли. Услышав, что он не нужен, Колсери часто заходил на площадку «Чужого 2» (1986), проводя с их актёрами и съёмочной группой больше времени, чем на съёмках собственного фильма. Наконец, после десяти недель репетиций и ожидания Витали приехал к Колсери домой и вручил ему письмо от Кубрика с сообщением, что его заменили Эрмеем (узнав, что было в письме, Бин буквально выставил Витали из дома). Меньше чем за неделю подготовившись к новой роли, Колсери узнал от Витали, что его снова взяли, поскольку Эрмей попал в почти смертельную аварию. Однако несколько дней спустя Витали сообщил ему, что Кубрик передумал и останавливает производство, чтобы дать Эрмею время на восстановление. Колсери уже 6 месяцев был в США, когда узнал, что съёмки возобновляются, но, отрепетировав новую роль, через только что появившееся у него агентство узнал, что роль из фильма вообще убрали; лишь благодаря вмешательству агентства её вернули. Он снова приехал в Англию и обсудил роль с Кубриком, который написал для него новые реплики. На следующий день Колсери провёл десять репетиций перед камерой до прихода Кубрика, который заставил его сделать ещё 16 дублей, велев: «Убери смех, дай мне просто этот повседневный взгляд морпеха-убийцы». После выхода фильма Колсери отметил, что Кубрик всё равно использовал кадр, где он смеётся. Несмотря на все мучения, Колсери до сих пор гордится участием в фильме.
Цельнометаллическая оболочка (1987): старший сержант Хартман говорит перед американским флагомИзображение: Wikimedia Commons · U.S. Navy photo by Journalist 2nd Class Brandan W. Schulze, Public domain Майкл Герр и Густав Хэсфорд сдавали свои части сценария по отдельности, чтобы их редактировал Стэнли Кубрик. В итоге никто толком не знал, кто что написал, и это привело к спору о финальных титрах.
Четвёртый по сборам в домашнем прокате фильм Стэнли Кубрика — после «2001 года: Космической одиссеи» (1968), «С широко закрытыми глазами» (1999) и «Сияния» (1980).
Все сцены на открытом воздухе во время курса молодого бойца снимали в казармах Бассингборн в Кембриджшире. Во Вторую мировую там была база бомбардировщиков 8-й воздушной армии, где квартировала 91-я бомбардировочная группа. Именно в этой группе служила «Красавица Мемфиса», и с этой базы выполнялись все 25 её боевых вылетов. (Мэттью Модайн сыграл в фильме «Красавица Мемфиса» (1990) пилота самолёта в его последнем вылете.)
В начале фильма показано, как стригут головы примерно 17 новобранцам: Леонард идёт вторым, Шут — 5-м, а Ковбой — 12-м.
Ли Эрмей лично руководил воссозданием декораций Пэррис-Айленда.
Во время съёмок случайно погибло семейство кроликов. Стэнли Кубрик, любивший животных, был так расстроен, что отменил остаток съёмочного дня.
В сцене, где патруль ест, актёры ели настоящие армейские пайки времён войны во Вьетнаме.
Уильяму Хоупу и Рикко Россу предлагали роли, но оба отказались в пользу «Чужого 2» (1986). Росс поначалу пытался совместить оба фильма, так как оба снимались примерно в одно время в Лондоне (команды обеих картин часто вместе ходили на вечеринки), а его съёмочные графики пересекались всего на неделю. Однако от этого фильма он отказался, потому что Стэнли Кубрик не мог гарантировать, что он освободится к назначенному сроку. Когда «Чужой 2» наконец вышел, Кубрик всё ещё снимал.
Ганни-сержант Хартман носит следующие награды: «Серебряная звезда», «Пурпурное сердце» (с серебряной звездой, что означает пять награждений), благодарность президента ВМС, вьетнамский крест «За храбрость» (с пальмовой ветвью), медаль морской пехоты за примерное поведение (с серебряной звездой, что означает пять награждений), экспедиционная медаль морской пехоты, медаль за службу национальной обороне (с бронзовой звездой, что означает два награждения), медаль за службу в Корее, медаль за службу во Вьетнаме (с бронзовой звездой, что означает два награждения), благодарность президента Республики Корея, медаль ООН за Корею, медаль вьетнамской кампании, знак отличия стрелка из винтовки и знак отличия стрелка из пистолета.
Некоторые оскорбления из сцен подготовки новобранцев звучали также в фильмах «Офицер и джентльмен» (1982) и «Останься со мной» (1986).
По словам Винсента Д’Онофрио, готовясь к финальной сцене рядового Пайла, он прокручивал в голове детскую песенку «Три слепые мышки» перед съёмками и во время них. Он обнаружил, что эта песенка не только его успокаивает, но и приводит в то состояние, которое он считал подходящим для сцены.
На шлеме Матери-Животного написано «Я стал смертью». Это цитата из «Бхагавадгиты», которую произнёс Роберт Оппенгеймер после взрыва первой атомной бомбы в Аламогордо.
Винсент Д’Онофрио набрал 70 фунтов (31 килограмм) для роли рядового Пайла, побив рекорд Роберта Де Ниро по набору веса для кино (60 фунтов; 27 килограммов) в «Бешеном быке» (1980) — рекорд, который держится до сих пор, по состоянию на 2025 год. На то, чтобы набрать вес, у него ушло семь месяцев, а на то, чтобы сбросить его с помощью физических тренировок, — девять. Он отмечал, что его новый облик отпугивал женщин, а люди часто повторяли ему сказанное, считая, что он умственно отсталый.
Стивен Вулли вспоминает вечеринку по случаю дня рождения у себя в квартире, на которой Антон Фёрст свалился в 10:30, потому что был на личной связи со Стэнли Кубриком 24 часа в сутки.
В 2017 году Управление по вопросам радиовещания и электронной информации Вьетнама запретило показ этого фильма на вьетнамских стриминговых сервисах — предположительно из-за его анти-вьетнамского настроя.
Стэнли Кубрик очень хотел экранизировать роман Густава Хэсфорда «The Short Timers», но сомневался насчёт названия, опасаясь, что люди подумают, будто оно о тех, кто работает всего полдня. Как сообщается, он выбрал название «Цельнометаллическая оболочка», прочитав о нём в оружейном журнале (в романе-первоисточнике этот термин нигде не встречается). «Цельнометаллическая оболочка» — это тип патронов для стрелкового оружия, применяемых в бою, как слышно в знаменитой реплике рядового Пайла, произнесённой в туалете («7,62 миллиметра, цельнометаллическая... оболочка»). Пуля FMJ имеет медное покрытие, закрывающее свинцовый сердечник. По Женевской конвенции военнослужащие могут использовать только пули FMJ, потому что, оставаясь очень смертоносными, они чаще проходят сквозь человека, не сильно расширяясь и не разрываясь, чем другие типы пуль (экспансивные или безоболочечные мягкие свинцовые), и тем самым наносят меньше повреждений. Таким образом, название — тонкий комментарий к абсурдности попыток установить цивилизованные правила ведения войны.
В ЮАР у фильма возникли проблемы с цензурой: ему присвоили возрастное ограничение «no persons 2 - 19», то есть никому в этом возрасте не разрешалось войти в кинотеатр. Это крайне иронично, если учесть, что в то время в ЮАР выпускников школ призывали в армию с 16 лет: они по закону могли служить в вооружённых силах, но не могли посмотреть основанный на фактах военный фильм.
Чтобы вжиться в образ военного журналиста, Мэттью Модайн приносил на площадку блокнот и фотоаппарат, записывал и фотографировал всё, что с ним происходило на съёмках. Режиссёр Стэнли Кубрик это поощрял и часто просил его читать свой дневник вслух на площадке. Позже Модайн использовал эти записи как основу для своих мемуаров «Full Metal Jacket Diary».
Строевой приём «Это моя винтовка» почти всегда выполнялся, когда все новобранцы были голыми, — так рассказывали бывшие морпехи, которым приходилось участвовать в этом упражнении.
Актёры Кевин Мейджор Ховард (Рэфтерман), Керк Тэйлор (Пэйбэк) и Тони Спиридакис (его роль капитана Джануари вырезали из фильма) все играли жестоких бандитов во франшизе «Жажда смерти». Ховард сыграл преступника по имени Стомпер в «Жажде смерти 2» (1982), а Тэйлор и Спиридакис — членов банды Гигглера и Энджела соответственно в «Жажде смерти 3» (1985).
По словам режиссёра Джона Бурмана, Стэнли Кубрик хотел взять Билла Маккинни на роль старшего сержанта Хартмана. Однако Кубрик был настолько выбит из колеи, посмотрев игру Маккинни в «Избавлении» (1972), что отказался с ним встречаться, заявив, что сама мысль оказаться рядом с Маккинни его слишком пугает. Тогда Кубрик нанял на роль Хартмана Тима Колсери. Сыграть эту роль Колсери так и не довелось: бывший инструктор по строевой подготовке морской пехоты США Ли Эрмей, консультант фильма по части учебки морпехов, записал на видео демонстрацию, в которой 15 минут без остановки, без повторов и даже не дрогнув осыпал всех отборной бранью и оскорблениями — и всё это под непрерывные удары теннисными мячами и апельсинами. Кубрик был так впечатлён, что утвердил Эрмея на роль Хартмана. Колсери был обижен, но принял утешительный приз от Кубрика — небольшую роль стрелка у двери вертолёта.
Майкл Герр и Стэнли Кубрик обдумывали совместную работу о Холокосте, но не могли найти подходящий материал. Тогда Кубрику попались гранки «The Short-Timers» Густава Хэсфорда. Герр, сам ветеран Вьетнама, счёл их шедевром.
Ключевые сцены первого акта, включая его шокирующую кульминацию, происходят в «гальюне» казармы.
Чтобы игра старшего сержанта Хартмана и реакция новобранцев выглядели как можно убедительнее, Мэттью Модайн, Винсент Д’Онофрио и другие актёры в роли новобранцев никогда не встречались с Ли Эрмеем до съёмок. Стэнли Кубрик также следил за тем, чтобы Эрмей не общался с актёрами между дублями.
По словам актёра Мэттью Модайна, сцена с «Микки Маусом» изначально должна была продолжиться: Джокер марширует вместе со взводом, а между кадрами вставлены флешбэки — Джокер в пять лет играет с игрушечной винтовкой. Затем его голос за кадром произносил бы: «Твои ноги велят голове поднять твоё тело и бежать от того, что тебя преследует». После этого показали бы, как маленький Джокер притворяется убитым в бою, а взрослого Джокера внезапно убивают по-настоящему в засаде. От этой идеи позже отказались.
Ковбой связывается по рации с начальством (оно же «Отель»), запрашивая танк для поддержки. Голос «Отеля» — не кто иной, как сам Кубрик.
Сексуальную сцену рядового Джокера с вьетнамской проституткой вырезали. По словам актрисы, режиссёр Стэнли Кубрик вырезал сцену, потому что она шла вразрез с холодной атмосферой фильма.
Цельнометаллическая оболочка (1987): рядовой Джокер с солдатами перед кирпичным зданиемИзображение: Wikimedia Commons · Lance Cpl. Pranav Ramakrishna, Public domain В сценах подготовки есть новобранец с надписью «Hunter S» на спине — отсылка к журналисту-«гонзо» Хантеру С. Томпсону.
В сцене с приёмами с оружием, где Хартман бьёт Пайла по левой и правой щеке за ошибку, кажется, будто Пайл ослушался приказа (поднять свой головной убор, который Хартман сбил). Дело в том, что по сценарию убор Пайла сбивать не должны были, а поскольку Хартман в основном импровизировал реплики, он по привычке велел Пайлу его поднять, но Пайл до конца сцены не должен был двигаться.
Тони Спиридакиса (капитана Джануари) вырезали из финальной версии. В сценарии у капитана Джануари самая длинная диалоговая сцена — и именно её снимали первой. Репетиция заняла неделю, а съёмки сцены — четыре недели. Однако на постпродакшене Стэнли Кубрик понял, что актёр за кадром, игравший сцену со Спиридакисом, совершенно не попадал в ритм, и решил сцену выбросить. Все его сцены впоследствии вырезали.
[песня «Happy Birthday»] На Рождество старший сержант Хартман поёт «Happy Birthday to You» («Happy Birthday dear Jesus»). Ту же песню пели в «2001 год: Космическая одиссея» (1968).
Прозвище персонажа Винсента Д’Онофрио — Гомер Пайл — отсылает к заглавному герою сериала «Гомер Куча, морпех» (1964), морпеху, который невольно выглядит шутом и неумехой. Сериал выходил в середине и конце 1960-х, когда и происходит действие фильма.
Единственные три женские роли с репликами (не считая закадровых аудиозаписей в саундтреке) — это Папийон Су в роли данангской проститутки, Нгок Ле в роли вьетконговского снайпера и Лиэнн Хонг в роли проститутки на мотоцикле.
На роли рассматривались Келли Эмберг и Ларри Уилкокс.
Фраза «In a world of shit» звучит в фильме четыре раза. Сначала её произносит старший сержант Хартман, затем Джокер, вскоре после него Гомер Куча, и ещё раз в конце фильма её говорит Джокер прямо перед финальными титрами.
Сосценарист Майкл Герр рассказывает, что они посетили стрельбище, и Стэнли Кубрик был удивлён, обнаружив, что человек, проведший столько времени в зоне боевых действий, может так плохо стрелять, поэтому режиссёр мягко подколол его: «Боже, Майкл, я начинаю сомневаться, годишься ли ты для того, чтобы носить винтовку в моём любимом корпусе!»
Это был первый фильм Стэнли Кубрика, смонтированный на компьютере, а не склейкой плёнки.
В немецком дубляже рядовой Пайл назван рядовым Паулой. Причина в том, что персонаж Гомер Куча в Германии неизвестен: сериалы «Гомер Куча, морпех» (1964) и «Шоу Энди Гриффита» (1960), от которого первый был ответвлением и в котором впервые появился этот персонаж — глуповатый деревенский увалень, — там никогда не показывали.
То, что винтовка рядового Джокера заклинивает в самый неподходящий момент, исторически достоверно. M-16 была новой штатной винтовкой войны во Вьетнаме, но быстро получила дурную славу из-за заклинивания затворной группы, то есть запирания механизма стрельбы. Причиной стал переход армии США с пороха IMR 4475 («improved military rifle») на сферический порох. Сферический порох горит быстрее пороха IMR и оставляет больше нагара. Кроме того, из-за него механизм стрельбы срабатывал слишком быстро. В сочетании с тем, что винтовки выдавались без наборов для чистки (порох IMR был гораздо чище), это приводило к заклиниванию механизма стрельбы настолько, что для возобновления огня требовалась полная разборка. Это было серьёзной проблемой в перестрелках, когда американские силы не могли ответить вьетконговцам, вооружённым куда более надёжными АК-47. Проблему решили в конце 1960-х, когда начали выдавать наборы для чистки.
Согласно интервью 1988 года журналу Playboy, Брюсу Уиллису предлагали главную роль, но он был вынужден отказаться, потому что вот-вот должны были начаться съёмки первых шести эпизодов «Детективного агентства „Лунный свет“» (1985).
Майкл Герр поначалу не хотел возвращаться к своему вьетнамскому опыту. Стэнли Кубрику потребовалось три года, чтобы его переубедить.
В сцене редакции Sea Tiger в глубине фанерного барака виден американский флаг. Это был жест Густава Хэсфорда в адрес его товарища-военного корреспондента Боба Байера, который передал для декораций фильма фотографии и разные предметы. Этот флаг принадлежал ему и хранит подписи всех военных корреспондентов Первого корпуса морской пехоты 1967–68 годов.
Сценаристы фильма были номинированы на премию Гильдии сценаристов Америки за лучший адаптированный сценарий. Награду вместо них получил Стив Мартин за сценарий романтической комедии «Роксана».
Майк Оллред пробовался на главную роль в этом фильме, но получил отказ.
Открывающий кадр сцены у открытой братской могилы.
Джокер ссылается на актёра Джона Уэйна в обеих частях фильма. Сначала в эпизоде учебки, в самой первой своей реплике, когда после вступительной речи старшины Хартмана громко произносит голосом Уэйна: «Это ты, Джон Уэйн? Это я?». Позже он повторяет эту фразу во вьетнамской части, когда морпехов снимают на плёнку по пути в Хюэ, чтобы отбить город у северовьетнамской армии.
Во время поиска натуры для фильма Стэнли Кубрик ехал по сельской местности на новом внедорожнике жены, а пассажирами были кинооператор Дуглас Милсом и Ли Эрмей. В какой-то момент Кубрик заметил за окном потенциальное место съёмок и так увлёкся, объясняя Милсому, как хочет его использовать в фильме, что врезался в шестифутовый кювет и перевернул внедорожник на бок. Ничуть не смутившись, Кубрик продолжал говорить о месте съёмок, не прерываясь, пока они выбирались из машины и шли домой пешком.
На баннере у стены в комнате для совещаний на базе Дананг написано: «First to go last to know--We will defend to the death your right to be misinformed».
Винсент Д’Онофрио, Арлисс Ховард и Мэттью Модайн по-настоящему сдружились на съёмках и остаются друзьями по сей день.
Это последний фильм Стэнли Кубрика, вышедший при его жизни. Его финальная картина, «С широко закрытыми глазами» (1999), вышла уже после его смерти.
Изначально рядового Джокера должен был играть Энтони Майкл Холл: Стэнли Кубрик трижды посмотрел «Шестнадцать свечей» (1984) и счёл его идеальным для этой роли. Холл восемь месяцев готовился к роли, но не смог договориться с Кубриком о зарплате и графике. Его заменил Мэттью Модайн. Позже Холл отреагировал на утверждения, будто его уволили за возражения против перфекционистского стиля режиссуры Кубрика, словами «неправда».
Стэнли Кубрик решил пригласить Антона Фёрста художником-постановщиком фильма, впечатлившись его работой в хорроре «В компании волков» (1984). Задача была особенно сложной: из-за фобии Кубрик не летал на самолётах, поэтому фильм, действие которого происходит в Южном Вьетнаме, снимали на построенной площадке под Лондоном. Поскольку вьетнамская часть разворачивается в прибрежном городе Хюэ, строить большие участки джунглей не требовалось. Чтобы придать локации тропический вид, из Испании привезли несколько сотен пальм. Этим же объясняется, почему в некоторых уличных сценах (например, на открытой братской могиле) на заднем плане клубится дым — он не даёт зрителю увидеть лондонские окраины.
Настоящий кодекс стрелка морской пехоты. В сокращённом виде его сначала хором произносят новобранцы, лёжа в кроватях перед отбоем. Позже его частично и очень громко повторяет Леонард, когда срывается и стоит в уборной с винтовкой.
Реклама этого фильма была цензурирована в некоторых частях Канады из-за слогана «In Vietnam the wind doesn't blow, it sucks». В то время канадские цензоры ещё не решили, является ли выражение «it sucks» (или «this sucks») непристойным.
Чтобы добиться реалистичного эффекта в батальных сценах Вьетнама, кинооператор Дуглас Милсом экспериментировал с камерой, у которой затвор был выведен из синхронизации. Этот эффект позже использовали в другом военном фильме — «Спасти рядового Райана» (1998).
В первой части фильма, в эпизодах в казарме во время строевой подготовки, был разработан специальный объектив, чтобы каждый новобранец оставался в фокусе. Режиссёр Стэнли Кубрик хотел показать, что никто не особенный и ко всем относятся одинаково.
Дочь Стэнли Кубрика появляется в камео в сцене во Вьетнаме, где Джокер и Рафтерман натыкаются на открытую братскую могилу. Её можно увидеть с кинокамерой: несколько мгновений она снимает открытую могилу. Вивиан Кубрик также была композитором фильма и указана в титрах как Эбигейл Мид. По её словам, имя происходит от Abbott's Mead — особняка, где Кубрики жили с 1965 по 1979 год, неподалёку от студии MGM в Борэмвуде.
Прежде чем прослушать 100 главных хитов Billboard с 1962 по 1968 год и выбрать «Paint It Black» для финальных титров, Стэнли Кубрик никогда не слышал о The Rolling Stones.
Билли Уайлдер сказал Кэмерону Кроу, что считал бы эпизод на Пэррис-Айленде лучшим фильмом, который он когда-либо видел, если бы картина на нём закончилась.
Ли Эрмей почти ни разу не моргает ни в одной сцене.
Стэнли Кубрик предложил снимать фильм своему постоянному оператору Джону Элкотту, но тот отказался, сосредоточившись на проектах в США, и его обязанности взял на себя фокуспуллер Дуглас Милсом. Съёмки длились около полугода и были приостановлены на 20 недель — с июня 1985-го по сентябрь 1986-го. В конце июля 1986 года Элкотт умер от сердечного приступа.
В сцене в ванной рядовой Пайл (Винсент Д’Онофрио) демонстрирует «взгляд Кубрика»: голова слегка опущена, а глаза смотрят вверх.
Песня Paint it Black, звучащая в финальных титрах фильма, также использовалась в начальных титрах сериала Tour of Duty, который тоже посвящён войне во Вьетнаме и действие которого происходит примерно в то же время, что и в «Цельнометаллической оболочке».
В списке лучших фильмов 1987 года, составленном Джином Сискелом, картина заняла 2-е место.
Безымянный стрелок из вертолёта хвастается, что на его счету более 150 подтверждённых убитых. Поскольку солдаты замечают, что большинство его жертв — женщины и дети, никто не спешит его поздравлять.
Густав Хэсфорд начал работать над «The Short Timers» — книгой, по которой снят этот фильм, — ещё во время службы во Вьетнаме. Многих персонажей и их имена он списал с разных морпехов, с которыми служил.
В книге главный сержант Герхейм (как его там называют) куда менее груб, но вызывает людей к себе в кабинет или в душевые, чтобы избивать их без свидетелей. Он поощряет другие наказания — некоторые похуже — или приказывает другим новобранцам их исполнять. Ли Эрмей как-то вспоминал этот сюжет и отмечал, что любой инструктор по строевой подготовке, который попробовал бы нечто подобное, уже никогда не смог бы добиться уважения среди своих новобранцев.
Существует теория, что Животное-Мать видится как возможный итог преображения рядового Пайла, олицетворяя образ «Я стал Смертью», к которому Пайла подталкивали, и одновременно демонстрируя двойственность человека, способного как на крайнюю жестокость, так и на неожиданное сострадание.
Фильм вольно основан на военной службе корреспондента Густава Хэсфорда, писавшего для «Leatherneck Magazine», «Pacific Stars and Stripes» и «Sea Tiger». Особый акцент сделан на битве за Хюэ (январь–март 1968 года), потому что Хэсфорд участвовал в этом сражении и получил за свою роль в нём медаль ВМС и морской пехоты за достижения с планкой за доблесть.
Вэл Килмер пробовался на роль рядового Шута, но получил отказ. По словам Мэттью Модайна, позже он встретил Килмера в ресторане, и тот предъявил ему претензии из-за нескольких ролей Модайна, на которые Килмер тоже пробовался и тоже был отвергнут. Килмер ошибочно решил, что Модайна утвердили в «Цельнометаллическую оболочку», и едва не вызвал его на драку, полагая, что Модайн украл у него эту роль. По иронии судьбы, Модайн тогда даже не знал о фильме, но сразу же попросил своего агента подтвердить, что Кубрик действительно ищет актёров для своей новой картины. После этого Модайн прошёл пробы, отправив Кубрику запись из «Зрительного поиска» (1985), и получил роль.
Несколько фраз из этого фильма сэмплировала группа Ministry в песне «Thieves»: «Get up, get on your feet», «I can't hear you... I still can't hear you», «...you will not kill».
В сцене с полковником-тыловиком в исполнении Брюса Боа и рядовым Шутом, вероятно, была скрытая шутка для своих. Когда Шута припирают к стенке вопросом о противоречивом смысле его каски и значка мира, он отвечает, рассуждая о «двойственности человека» и «юнгианской штуке». Полковник смотрит на объяснения Шута с недоумением, но актёр Боа прекрасно понимал, о чём речь. И старшая сестра Боа, Мэрион Вудман, и его младший брат были публиковавшимися юнгианскими аналитиками.
Предыстория Животного-Матери раскрыта в книге-первоисточнике. Пойманный на угоне автомобиля, он получил выбор между тюрьмой и службой в морской пехоте. Во Вьетнаме его подозревают в изнасиловании местной девушки.
В книге «The Short-Timers» (1979), по которой снят фильм, есть побочные сюжеты о жестоких и незаслуженно облечённых властью начальниках. Их называют «пожизненниками»: «Пожизненник — это любой, кто злоупотребляет властью, которой не заслуживает. Гражданских пожизненников полно».
Пуля калибра 7,62 мм с цельнометаллической оболочкой, о которой говорит рядовой Пайл, была стандартным пехотным патроном накануне войны во Вьетнаме. Её использовали в винтовке M-14, разработанной в 1949 году, вскоре после Второй мировой войны, и выпускавшейся вплоть до эпохи вьетнамской войны. Хотя M-14 применялась во Вьетнаме, её уже заменила в качестве стандартной винтовки M-16. В M-16 используется патрон калибра 5,56 мм, тоже с полной оболочкой.
По словам Винсента Д’Онофрио, его любимыми сценами в работе над фильмом стали финальные сцены с его участием и с Ли Эрмеем. Он объяснил это их напряжённостью с точки зрения развития истории и тем, что для него самого это была самая трудная сцена в съёмках.
Стэнли Кубрик подготовил кадр, задуманный так, чтобы все морпехи выглядели как силуэты оловянных солдатиков на холме, но позже решил исключить его из фильма.
Фильм включён в книгу «1001 Movies You Must See Before You Die» под редакцией Стивена Шнайдера.
Большинство актёров пробовались на свои роли, присылая видеозаписи, где они исполняли сцену во Вьетнаме. Режиссёр Стэнли Кубрик и студия разместили по всей территории США объявления с призывом к молодым начинающим актёрам присылать пробы для фильма. Они получили около 3000 записей, из которых Кубрик лично просмотрел примерно 800.
Когда Шут готовится убить снайпера, при поднятии оружия его грудь поворачивается, скрывая из виду значок мира.
Хартман с гордостью рассказывает о снайперских навыках, которым морпехи обучили университетского стрелка Чарльза Уитмена и Ли Харви Освальда, — это предвещает, как Леонард сам станет социопатом-убийцей под руководством (и, возможно, из-за него) самого Хартмана.
На тренировках они используют винтовки M14, а во Вьетнаме — M16 с меньшей пулей.
Стэнли Кубрик решил снимать фильм в полноэкранном стандартном формате Academy (1,33:1). В США значительная часть мультиплексов не оборудована для показа в этом формате. Большинство зрителей видели фильм с замаскированными верхом и низом кадра, как если бы он был снят в сферическом широкоэкранном формате.
Во время съёмок Густав Хэсфорд обдумывал судебный иск из-за указания авторства в титрах. Изначально создатели фильма собирались указать Хэсфорда в титрах как автора «дополнительных диалогов», но он хотел полного указания авторства. Писатель взял двух друзей и тайно пробрался на площадку в костюмах статистов, где один из членов съёмочной группы принял его за Майкла Герра.
Костюм Ли Эрмея выставлен в Bravery Brewing — пивоварне, основанной ветеранами в Ланкастере, штат Калифорния, совладельцем которой он был.
Для соблюдения непрерывности каждому новобранцу приходилось ежедневно брить голову.
Многие заметили, что в начальной сцене, где главный сержант Хартман унижает Шута и Ковбоя, старший инструктор по строевой подготовке проходит мимо одного новобранца, прежде чем подойти к Пайлу. Это породило предположения, что актёр оказался там случайно и что Пайл должен был стоять рядом с Ковбоем, поскольку Хартману не имело смысла пропускать кого-то так, как это показано в фильме. В 2008 году Ли Эрмея спросили об этом, и он заявил, что это вовсе не ошибка: будучи инструктором, Эрмей обычно пропускал некоторых рядовых, чтобы застать врасплох следующего, который не ожидал, что на него будут кричать.
В своих мемуарах Мэттью Модайн вспоминал день, когда попросил у Стэнли Кубрика разрешения уйти со съёмочной площадки: его беременной жене назначили кесарево сечение, а сцен с его участием на этот день не планировалось. Кубрик отпускать его не хотел, заявив, что тот просто грохнется в обморок от крови и будет путаться под ногами у врачей. Лишь когда Модайн пригрозил порезать себе руку, чтобы попасть в больницу, Кубрик сдался и разрешил ему уйти, взяв обещание «вернуться сразу, как всё закончится».
Роль Восьмёрки рассматривали для Дензела Вашингтона, но он отказался, потому что не смог прочитать сценарий до проб. Позже он говорил, что жалеет об упущенной роли.
Рядовой Пайл в сцене, когда всех морпехов накачивают на убийство, и когда он в уборной.
Стрельба — ключевой навык для морпехов, поэтому на огневой подготовке дисциплину обычно немного ослабляют. Это заметно по поведению Хартмана: в это время он терпит шутки и обращается с новобранцами мягче.
Бытует мнение, что Ли Эрмей — единственный актёр, которому Стэнли Кубрик разрешал импровизировать, не считая Питера Селлерса. Однако есть и контрпримеры: Малкольм Макдауэлл придумал, что Алекс поёт «Singin' In The Rain» в «Заводном апельсине» (1971), а Джек Николсон импровизировал знаменитую реплику «Here's Johnny» в «Сиянии» (1980) (её чуть не вырезали, так как Кубрик никогда не смотрел «Вечернее шоу Джонни Карсона» (1962)). В том же фильме Дэнни Ллойд придумал, что «Тони» говорит через палец Дэнни Торранса.
Это предпоследний фильм Стэнли Кубрика в качестве режиссёра. Свой последний фильм, «С широко закрытыми глазами» (1999), он снял только двенадцать лет спустя.
Весь фильм снимали в Англии (на студии Pinewood и в казармах Бассингборна). В картину вошли кадры настоящей выпускной церемонии на Пэррис-Айленде с добавленной вставкой, снятой в Англии. Для финальных боевых сцен в Хюэ Стэнли Кубрик смог использовать заброшенный газовый городок Бектон на Темзе. Исследователи кропотливо пересмотрели десятки кадров настоящего Хюэ, чтобы Бектон выглядел достоверно, а в район завезли пальмы, чтобы создать тропический эффект.
Мэттью Модайн получил роль рядового Шутника после того, как Кубрик увидел присланные режиссёром Аланом Паркером ранние фрагменты его заглавной роли в «Птахе» (1984).
Вместо марша Mickey Mouse Club морпехи должны были насвистывать тему Вуди Вудпекера, но Стэнли Кубрик не смог получить права.
Писатель и бывший военнослужащий Джордж Макдональд Фрейзер сомневается в достоверности военных деталей фильма в своей книге «The Hollywood History of the World» (1988); например, он отмечает, что в кульминационной сцене с раненой женщиной-снайпером должным образом обученные морпехи автоматически прочесали бы район в поисках других снайперов, а то, что Шутник и его товарищи стоят и долго обсуждают, стрелять в неё или нет, в реальном бою обеспечило бы им недолгую жизнь. Опыт героев в лагере Фрейзер называет «карикатурой на военную дисциплину»; однако, учитывая, что персонажи «Доктора Стрейнджлава, или Как я перестал бояться и полюбил бомбу» (1964) — карикатуры на американских солдат, персонажи «Заводного апельсина» (1971) — карикатуры на сотрудников надзора, полиции и тюрем, а персонажи «Барри Линдона» (1975) — карикатуры на британских солдат и аристократию, вполне возможно, что так и было задумано Кубриком.
Музыку к фильму написала Вивиан Кубрик (под псевдонимом Эбигейл Мид), используя Fairlight CMI III (выпущен в 1985 году) и Fairlight CMI Series 1 (выпущен в 1979 году). По словам Кубрика, Fairlight — синтезатор и сэмплер — использовали, «чтобы избежать любых прежних музыкальных ассоциаций, которые могли бы вызвать инструменты обычного оркестра».
«Мир дерьма». Впервые старшина Хартман говорит новобранцам на огневой подготовке, что именно в нём они окажутся, если замешкаются в бою. Это повторяется в финале обеих частей. В конце лагерной части Шутник, найдя обезумевшего Леонарда с винтовкой в уборной, говорит ему, что если Хартман их застукает, они «оба окажутся в мире дерьма», на что Леонард отвечает: «Я... уже... в мире... дерьма». В конце вьетнамской части Шутник в финальном закадровом монологе произносит: «Я в мире дерьма».
Когда лейтенант Локхарт инструктирует военных корреспондентов в их офисе, у Шутника за левым плечом на подоконнике видны две фигурки Микки Мауса. В конце фильма, во время финального закадрового монолога, слышно, как морпехи, маршируя, поют тему Микки Мауса.
Арнольд Шварценеггер отказался от роли Матери-Животного, чтобы сняться в «Бегущем человеке» (1987).
В сцене выпуска на Шутнике и Ковбое видны значки «Rifle Sharpshooter» и «Rifle Expert» соответственно.
Фильм — часть мини-цикла голливудских картин начала 1980-х о подготовке военных курсантов. Среди них «Кадеты» (1981), «Черти» (1981), «Рядовой Бенджамин» (1980), «В академии» (1980), «Властелины дисциплины» (1983) и «Офицер и джентльмен» (1982). Затем в середине и конце 1980-х вышло ещё несколько: «Каденс» (1990), «Билокси-Блюз» (1988), «Сердце и души» (1986) и этот фильм.
Для финального боя в Хюэ из Испании привезли двести пальм, а из Гонконга — несколько тысяч тропических пластиковых растений. Раньше пластиковые деревья доставляли самолётом из Калифорнии, но, увидев их, режиссёр Стэнли Кубрик, по слухам, сказал: «Мне не нравится. Уберите это».
Фильм был номинирован на «Оскар» за лучший адаптированный сценарий, но проиграл, конкурируя с «Последним императором».
Винсент Д’Онофрио говорил, что видел в истории рядового Пайла монстра, созданного неудачным экспериментом, — молодого человека, превращённого в психопата-убийцу, а не в бойца, — и в своей финальной сцене намеренно делал выражения лица, похожие на классических киномонстров.
Съёмки проходили на заброшенном газовом заводе в Лондоне, и в боевой сцене сквозь дым отчётливо видны опоры линий электропередачи.
Некоторые памятные угрозы сержанта Хартмана в адрес Шутника были использованы в видеоигре «Duke Nukem 3D» (1996) как реплики заглавного героя. Игра была сатирой на голливудских экшн-героев, переигрывающих напропалую.
Стэнли Кубрик просил Ли Эрмея — инструктора Корпуса морской пехоты США — повторять свои реплики снова и снова, пока тот играл в футбол, чтобы убедиться, что он не забудет их, оказавшись перед камерой на дубле.
В сцене на стрельбище Пайл выпускает только пять патронов из стандартного 20-зарядного магазина винтовки M14. Патроны в магазине ещё остаются. На магазине есть потёртости. Те же самые потёртости есть на магазине, из которого он позже стреляет в Хартмана. Это один и тот же магазин.
Судя по планкам наград на груди сержанта Хартмана, он раньше служил во Вьетнаме, где получил «Медаль вьетнамской кампании» и «Медаль за службу во Вьетнаме» с двумя бронзовыми звёздами за службу. Последняя означает, что он участвовал как минимум в двух операциях во время конфликта, прежде чем его отправили обратно в США инструктором по строевой подготовке.
Стэнли Кубрик оценивал, что Ли Эрмей написал около 50% своих реплик, особенно оскорблений.
Для пробы Ли Эрмей решил записать на плёнку, как он импровизированно осыпает оскорблениями солдат, которых рассматривали на роли массовки, но даже этого Стэнли Кубрику не хватило. Тогда режиссёр потребовал собственного теста, призванного убедиться, что актёр сможет повторить свой номер под пристальным наблюдением. Для этого Кубрик поручил своему ассистенту Леону Витали швырять в Эрмея теннисные мячи и апельсины, пока тот репетировал реплики, причём задачу усложняли тем, что нужно было ловить как можно больше снарядов и бросать их обратно, проговаривая текст как можно быстрее. Если он сбивался, ошибался или замедлялся — в конце концов он освоил это лишь с 20-й попытки, и процесс оказался настолько изматывающим, что он в шутку называл Витали «моим сержантом-инструктором».
Мэттью Модайн также снимался в фильмах о войне во Вьетнаме — «Стримеры» (1983) и «Птаха» (1984).
Стэнли Кубрик подолгу обсуждал сценарий по телефону с писателем Густавом Хэсфордом, чтобы обсудить экранизацию его романа. В итоге он захотел встретиться с Хэсфордом лично, хотя соавтор сценария Майкл Герр пытался отговорить Кубрика, считая Хэсфорда «страшным человеком». Встреча состоялась в доме Кубрика, но прошла настолько плохо, что Хэсфорда отстранили от работы над сценарием до конца производства. Позже Хэсфорд рассматривал возможность судебного иска, чтобы получить полноценное авторство сценария.
Во всех диалоговых сценах с Матерью-Животным он произносит реплики с тем, что описывает Paypack и что обычно называют «взглядом на тысячу ярдов». Его также называют взглядом на две тысячи ярдов или контузией — это отстранённый, ничего не выражающий взгляд, какой обычно бывает у измотанных боями солдат, повидавших страшные сражения и смерть.
Ли Эрмей во многих интервью о фильме говорил, что Хартман задуман как пример того, как сержант-инструктор делать свою работу НЕ должен. Будучи настоящим инструктором, он говорил, что ни один сержант не должен и никогда бы не стал поднимать руку на новобранцев, а любой стоящий инструктор заметил бы, что рядовой Пайл переживает нервный срыв. Он признавался, что поражён тем, как многие восхищаются Хартманом, ведь сам он всегда видел в нём никчёмного инструктора, чьё самолюбие и чрезмерная жестокость привели его к собственной смерти.
Стэнли Кубрик был известен тем, что на площадке у него работала совсем небольшая команда. Однажды, после того как электрик закончил ставить свет, Кубрик сказал ему: «Так, вот так я хочу осветить сцену, и менять я это не буду». После этого Кубрик отправил этого человека чинить проводку у себя дома.
Дориан Хэрвуд дважды обращался к врачу во время съёмок своих сцен, опасаясь, что ему пробило барабанную перепонку.
Когда новобранцы получают винтовки, сержант Хартман говорит им: «Вы дадите своей винтовке женское имя! Потому что это единственная киска, которую вы, ребята, получите! Ваши дни, когда вы лапали старушку Мэри Джейн Роттенкротч через её хорошенькие розовые трусики, кончились!» В финальном закадровом монологе Джокер говорит: «Мои мысли уносятся назад, к эротическим снам с торчащими сосками о Мэри Джейн Роттенкротч и Великой фантазии о трахе на возвращении домой».
Винсент Д’Онофрио рассказывал, что строил образ рядового Пайла на игре актёров немого кино, в частности Лона Чейни, и был вне себя от радости, когда услышал от Стэнли Кубрика: «Я хочу, чтобы ты был большим. Большим, как Лон Чейни», — не зная, что Д’Онофрио всё это время изучал фильмы Чейни.
Реплики из сцены, где к рядовому Джокеру (Мэттью Модайн) и рядовому Рафтерману (Кевин Мейджор Ховард) пристаёт данангская проститутка (Папийон Су), были засемплированы в хите 2 Live Crew 1989 года «Me So Horny» с альбома «As Nasty As They Wanna Be». Диалог Джокера с проституткой — «Что мы получим за десять долларов? / Всё, что захочешь. / Всё? / Всё» — звучит в самом начале песни. Семпл «Me so horny. Me love you long time» используется в припеве и на протяжении всей песни. Также в припеве слышно «Me sucky sucky» проститутки. Если внимательно вслушаться в семплы в самом начале и в конце песни, можно услышать «These Boots Are Made for Walkin'» Нэнси Синатры, которая звучит под оригинальной сценой в фильме. В песне есть и семпл из фильма «Which Way Is Up?» (1977).
Около 5 000 представителей вьетнамской диаспоры в Лондоне были наняты в массовку для уличных сцен в Дананге.
Тет (лунный Новый год) в 1968 году начался 30 января. У Тета нет фиксированной даты — её каждый год вычисляют по лунному циклу.
Факты со спойлерами
Показать спойлер
Хартмана ни разу не показывают без головного убора (кепи), пока его не застрелит Пайл.
Показать спойлер
В книге Рафтерман погибает — его переезжает танк.
Показать спойлер
Когда рядовой Пайл совершает самоубийство, выстрелив себе в рот, удар пули настолько силён, что с его правой ноги слетает жёлтая сандалия и падает подошвой вверх перед правой ступнёй — это видно в последнем кадре с ним в фильме.
Показать спойлер
Сцена, где Пайл убивает себя, вызвала вздохи ужаса у зрителей на первом показе на Нью-Йоркском кинофестивале. Некоторые ушли из зала.
Показать спойлер
Ли Эрмей утверждал, что была вырезана сцена, в которой Хартман выходит из образа и тепло говорит новобранцам, что гордится тем, как они прошли подготовку. Ближе всего к такому моменту в книге «The Short Timers» (лёгшей в основу фильма) подходит сцена, где сержант сталкивается с обезумевшим морпехом (Леонард Прэтт в книге, Леонард Лоуренс в фильме) в уборной; заметив, что его привычный крик не действует, он начинает говорить «Я горжусь…», но Прэтт его застреливает. В фильме Хартмана убивают посреди очередной отповеди.
Показать спойлер
После постоянных провалов рядового Пайла Джокер подбивает остальных устроить над ним так называемую «blanket party». Эта мера наказания для нерадивых новобранцев существует и на флоте, и в морской пехоте и призвана заставить человека взяться за ум или вылететь. В начальной сцене новобранец засовывает в полотенце кусок мыла как ударное оружие — так и происходит на самом деле. В фильме куски мыла заменили скатанными носками, чтобы усилить драматический эффект боли, которую испытывает Пайл, но на самом деле ему не было больно. Будь это настоящая «blanket party», на следующий день Пайл был бы весь в синяках на избитом месте.
Показать спойлер
Когда сержанта Хартмана убивают, заметно, что у него выбриты подмышки.
Показать спойлер
Когда M-16 Джокера даёт осечку в момент, когда он собирается выстрелить в снайпера, выглядывающего из окна, снайпер слышит отказ его оружия, оборачивается и начинает стрелять в него из своего АК-47, а Джокер прячется за бетонной колонной. Он сохраняет хладнокровие: не только бросает M-16, но и достаёт из кобуры полуавтоматический пистолет M1911A1 калибра .45 в последней попытке защититься. Он уже начинает досылать патрон, когда его наконец спасает Рафтерман, застрелив снайпера.
Показать спойлер
Нервный срыв рядового Пайла.
Показать спойлер
В сцене, где двенадцатилетний снайпер убивает Ковбоя, тот роняет оружие — отсылка к тому, как в учебке перед сном они хором повторяют: «Без винтовки я бесполезен!»
Показать спойлер
Сцена со шваброй в уборной между Джокером и Ковбоем потребовала 62 дублей. А вот сцена смерти Ковбоя заняла всего 5 дублей.
Показать спойлер
После того как снайпершу застреливают, Джокер говорит, что она молится. На самом деле она повторяет по-вьетнамски «Так больно» — потому и просила, чтобы её пристрелили. Мольбы её звучат по-французски («A boire» — «Дайте пить», затем несколько раз «Tuez moi» — «Убейте меня»), и морпехи вокруг неё, скорее всего, её не понимают.
Показать спойлер
В сцене смерти Ковбоя на заднем плане видно здание, похожее на знаменитый инопланетный монолит из «2001 год: Космическая одиссея» (1968). Стэнли Кубрик назвал это сходство «невероятной случайностью».
Показать спойлер
В книге T.H.E. Rock погибает от руки снайперши.
Показать спойлер
По словам Мэттью Модайна (рядовой Джокер) из интервью радиошоу Preston & Steve Show на филадельфийской станции WMMR 19 мая 2017 года, изначально и на протяжении всех съёмок Джокер должен был погибнуть во Вьетнаме. Режиссёр Стэнли Кубрик уже вырезал открывающую сцену-воспоминание с похоронами Джокера и всё время спрашивал Модайна, что тот думает о смерти героя. Во время одного творческого спора Модайн выпалил, что Джокер должен выжить. Кубрик стал допытываться почему, и Модайн объяснил: Джокер видел, как убили его сержанта на учебке, как новобранец, которому он пытался помочь (Пайл), пустил себе пулю в голову в сортире на Пэррис-Айленде, как единственный, кого он знал с учебки (Ковбой), умер у него на руках в бою, и как девушка-снайпер-подросток погибла от его собственной руки. Джокер должен выжить, потому что жить с этим — хуже смерти, и «в этом и есть настоящий ужас войны». Кубрик ответил: «Вот это и будет конец фильма». Модайн так и не узнал, убедил ли он Кубрика изменить финал или тот уже задумал такой конец и лишь подтвердил его, когда Модайн это произнёс.
Показать спойлер
После того как Шутник убивает снайпера, должна была идти ещё одна сцена — она была в сценарии: Животное-Мать вытаскивал бы мачете, отрубал снайперу голову и выбрасывал её в окно. Журналист Джон Ронсон рассказывает, как нашёл муляж отрубленной головы, в своей работе «Коробки Стэнли Кубрика».
